История - Ундина
Рейтинг пользователей: / 1
ХудшийЛучший 
Населены стихии существами, внешне схожими с людьми, только редко показываются им на глаза. В огне искрятся и пляшут саламандры, в недрах земли копошатся коварные гномы, в озерах же, реках и ручьях обитает обширное племя водяных духов. И хотя по облику и сложению их можно принять за людей - нет у них души. Человек воскреснет для новой, более чистой жизни, а они останутся там, где остаются песок, и искра, и ветер, и волны. Стихия движет ими, пока живут, и развеивает их, когда умирают, потому так веселы и беззаботны они, дети природы. Историю о том, как могущественный властитель Средиземного моря пожелал, чтобы его единственная дочь обрела душу, даже если ей придется заплатить за это страданиями, какие терпят люди, рассказал Фридрих Де Ла Мотт Фуке.
Вдалеке от людей на опушке дремучего леса жил добрый старый рыбак. Хижина его стояла в очень живописном месте. Узкая коса, поросшая сочной зеленой травой, вдавалась в большое озеро, а волны простирали объятия цветущему лугу, колышущимся травам и свежей сени деревьев. Темный и густой лес, подходивший вплотную, у многих жителей края вызывал страх - водилась там всякая нечисть. И мало кто отваживался сунуться туда любопытства ради. Однажды вечером старик у своего порога чинил сети, как вдруг донесся из лесного сумрака неясный шум. Напал на него необъяснимый страх, но тут он увидел, как к хижине верхом на коне приближается рыцарь в богатой одежде.
Всадник искал приюта на ночь для себя и удобное стойло для своего коня. Рыбак посоветовал отпустить коня на лужайку, а рыцарю пройти в его скромную хижину. Господин Хульдбранд фон Рингштеттен, родом из замка у истоков Дуная, стал рассказывать рыбаку и его жене о своих странствиях. Но то ли чудилось, то ли взаправду было, но казалось гостю, будто кто-то брызгает водой в низкое окошко. Старик всякий раз недовольно хмурился, а когда в стекло ударила струя и капли воды попали в горницу, он встал и сердито крикнул в сторону окна: «Ундина! Кончишь ли ты когда-нибудь озорничать?» Послышался тихий смешок, и рыбак сказал, возвращаясь на место: «Вы уж извините ее, достопочтенный гость, может, она еще какую штуку выкинет, но это без злого умысла. Это наша приемная дочка Ундина; все никак не может отвыкнуть от ребяческих замашек, хоть и пошел ей осьмнадцатый год. Но сердце у нее доброе - это уж верно вам говорю!» Дверь отворилась, и в комнату скользнула, смеясь, белокурая девушка поразительной красоты. Захотела она расспросить рыцаря, как он попал в тот лес, но старая рыбачка осадила ее, мол не время для таких историй. Обиженная девица выбежала из дома и скрылась в ночной мгле. Рыцарь и рыбак бросились за ней, но, сколько ни искали, найти не смогли и вернулись в хижину. Там рыбак поведал Хульдбранду о том, как попала к ним Ундина.
Лет пятнадцать назад послал им Господь прелестную девочку. Однажды жена с младенцем осталась дома, а рыбак отправился глухим лесом в город со своим товаром. Увидев возвращающегося мужа, жена его выбежала навстречу вся в слезах и рассказала, что, когда играла она с девочкой на берегу озера, малютка потянулась к воде и, выскользнув из рук, упала прямо в озеро. Долго искал рыбак ее тельце, да безуспешно. Но осиротелым родителям в тот же вечер послал бог утешение: на пороге их хижины стояла прелестная девчушка лет трех-четырех. За прошедшие годы ничего не смог разузнать рыбак о ее родителях, а сама девушка, представившаяся Ундиной, все толковала о каких-то золотых дворцах с хрустальной крышей и еще бог весть о чем...
И тут раздались удары волн: это ручей, протекавший в лесу, вышел из берегов, водоворот ворочал камни и древесные стволы, озеро ревело под порывами хлещущего ветра, а коса превратилась в остров. Подойдя к разлившемуся ручью, рыцарь схватил сосновый сук и, опершись на него, ступил в середину потока, шагнул глубже, волны обдавали его по пояс, как вдруг раздался знакомый голос: «Не верь, не верь ему! Он коварен, этот старик, этот поток!»
Если ты всего лишь мираж, я не хочу больше жить, хочу стать тенью, как ты, милая Ундина!
Да оглянись же, оглянись, дурачок! - На маленьком островке среди бурлящего потока под сплетенными ветвями сидела Ундина.
В несколько прыжков рыцарь очутился рядом с ней. Девушка обвила руками его шею и притянула к себе на мягкую траву. Хульдбранд обнял ее, осыпая страстными поцелуями.
Меж тем старик крикнул с берега: «Эй, господин рыцарь, я приютил вас, как это принято между честными людьми, а вы тут милуетесь тайком с моей приемной дочкой да к тому же заставляете меня искать ее среди глубокой ночи!» Все трое вернулись домой, и по настоянию Ундины ее возлюбленный рассказал, как очутился в зловещем лесу. Восемь дней назад в имперском городе проходил турнир. Обратил он внимание на прекрасную девушку в богатом убранстве. Бертальда оказалась приемной дочерью герцога этого края. В танцах он был ее кавалером, но своей надменностью она охладила его пыл. Шутя, он все же попросил у нее перчатку. Та согласилась, поставив условие: отправиться в таинственный лес и поведать, каков он на самом деле. Рассказал он и о том, как понес его перепуганный конь, чуть не покалечив о стволы и торчащие сучья, как бросился ему наперерез высокий белый человек, но, когда конь остановился, морок исчез, и оказалось, что спас его светлый серебристый ручей, преградивший путь коню; как крошечный безобразный человечек с огромным носом требовал за спасение денег в награду, как не отставал от него, как пришлось пустить коня галопом, как среди листвы все мерещилось рыцарю белое струящееся лицо и как он добрался-таки до выхода из лесу.
Хульдбранд остался на косе, превратившейся в остров, пока не спадет вода. Старики свыклись со взаимной привязанностью молодых людей и представляли их уже обрученными. Дни текли неспешно и мирно, пока однажды не постучали в дверь. Все вопросительно переглянулись; стук повторился. Ундина открыла дверь: на пороге стоял старый священник. Патер, переодевшись в сухое, поужинав и испив вина, рассказал свою историю. Из монастыря он ехал к епископу, но, лишь челнок перевозчиков коснулся воды, разразилась ужасная буря, его выбросило из лодчонки, увлекло течением и вынесло на этот остров.
Обернулся рыцарь к священнику Хайльману и неожиданно для себя самого молвил: «Перед вами нареченные, достопочтенный отец, и если эта девушка и добрые эти старики согласны, обвенчайте нас сегодня же вечером!» До и во время венчания Ундина была тиха и благонравна, но вечером вновь обратилась к своим дерзким причудам. Наутро она повинилась за вчерашние глупые речи и попросила помолиться за спасение ее души. Потом расцеловала приемных родителей и поблагодарила за добро, которое видела от них: «Теперь я чувствую всем сердцем, как бесконечно много вы сделали для меня, мои дорогие!» Вместо дерзкой и своенравной девицы им предстала тихая, приветливая, внимательная и добрая хозяюшка, нежное, стыдливо-целомудренное создание.
Ундина увела супруга на островок, где они в первый раз миловались, и рассказала о себе всю правду: она, дух водной стихии, слившись в сокровенном таинстве любви с мужчиной, обрела душу, но не желает обманывать любимого, и если тот хочет отвергнуть ее, то пусть сделает это сейчас же. «Я просто нырну в ручей - ведь это мой родной дядя, который может принимать и человеческое обличье, и он умчит меня прочь точно так же, как когда-то принес к порогу рыбацкой хижины». Она хотела продолжать, но Хульдбранд, охваченный волнением и любовью, обнял ее и перенес обратно на берег, где поклялся никогда не покидать. Рано поутру Ундина вышла из хижины и увидела, что все потоки и ручьи вернулись в старое русло, а могущественный ее родственник, как прежде, задумчиво струит сквозь лес свои воды. Теперь рыцарю можно было посуху вернуться домой. Хульдбранд отправился к старикам и сообщил, что они уезжают. Сопровождать их вызвался священник. УндИна горько плакала, старики громко причитали. По лесу вместе с ними шел ее дядюшка Кюлеборн. Обретшая душу Ундина просила оставить ее в покое, но он напомнил ей, как на своей спине принес сюда, как устроил паводок, задержавший рыцаря, как смыл за борт священника и пригнал к берегу прямехонько на свадьбу.
Вот уже виден край леса. Ваша помощь нам больше не нужна. Добром прошу вас, отпустите нас с миром! - взмолилась Ундина.
Кюлеборну сказанное пришлось не по вкусу, он оскалил зубы в злобной ухмылке. Ундина вскрикнула, рыцарь вскинул острый клинок над головой Кюлеборна, но удар пришелся по пенистой струе водопада, низвергавшегося со скалы; с шипеньем и плеском, напоминавшим смех, он обдал их с головы до ног, так что места сухого не осталось. Священник промолвил: «Так это ручей тек все время рядом с нами. А поначалу чудилось, будто это человек». Водопад же прожурчал на ухо Хульдбранду: «Смелый рыцарь, сильный рыцарь, я не сержусь, я не гневлюсь, только будь верный защитник жене, иначе вспомнишь обо мне!» Все в городе обрадовались неожиданному возвращению Хульдбранда. Все, кроме Бертальды. Она примирилась с обстоятельствами и самым дружеским образом обходилась с Ундиной, которую приняли за принцессу, избавленную от злых чар. Девушки сдружились, потому одна упросила мужа, а другая приемных родителей отпустить Бертальду с ними в замок Рингштеттен.
Они втроем обсуждали предстоящую поездку, прогуливаясь по рыночной площади при свете звезд, как вдруг к Ундине подошел незнакомец, отвел в сторону и что-то начал нашептывать ей на ушко. Когда Бертальда спросила: «Что было нужно от тебя чистильщику колодцев?», Хульдбранд окончательно уверился в своей догадке: его жена беседовала со своим дядюшкой. Ундина же молвила: «Послезавтра, в день твоего ангела, ты все узнаешь!»
За столом собралось все общество, во главе его, прекрасная, как богиня весны, сидела Бертальда. Когда трапеза близилась к концу, гости попросили Ундину спеть. Взяв лютню, она поведала собравшимся историю подруги, потерявшей родителей во младенчестве. «Где же мои заждавшиеся родители?» - спросила та. Из толпы выступили старый рыбак с женой и бросились обнимать обретенное дитя. В гневе и ужасе Бертальда вырвалась из их объятий. Не верила она, что так низко ее происхождение; все это измыслила соперница, чтобы унизить ее. Она набросилась на Ундину с упреками, а на стариков с бранью. «Да есть ли у тебя душа? Есть ли у тебя на самом деле душа, Бертальда? - крикнула Ундина. - Мне сказал об этом тот, кто заманил тебя в воду, унес прочь от родителей и положил на пути герцога на зеленой лужайке». Рыбачка указала особую примету: родимые пятна на спине и левой ступне дочери. Герцогиня подтвердила, что Бертальда - дочь рыбаков.
Всеобщее неодобрение обратилось против Бертальды: герцог с женой, разгневанные ее черствостью, отказали ей в покровительстве, оделив, правда, богатым приданым и щедро одарив рыбака. Обо всем этом не знали рыцарь и его жена, с первыми лучами солнца намеревавшиеся уехать из города. Бертальда рассказала им, что теперь она одна и что старый рыбак не возьмет ее с собой, пока «та не изменит свой нрав». Сердце Ундины сжалилось над бедняжкой, и, вопреки советам дядюшки, она позвала подругу в замок Рингштеттен, а там рассказала всю свою историю. Бертальда ужаснулась и не могла надивиться, что рыцарь столь ласков с таким существом.
Постепенно Хульдбранд отвратился сердцем от Ундины и потянулся к Бертальде, отвечавшей ему пылкой любовью. Диковинные вещи происходили с Хульдбрандом и Бертальдой в сводчатых переходах замка: высокий белый человек нередко появлялся перед ними, грозя обоим, особенно Бертальде. Она уже подумывала покинуть Рингштеттен, но не знала, куда податься. Старый рыбак сообщил, что теперь он вдовец, но не ждет Бертальду, более того, грозился проклясть ее, если она вздумает причинить зло милой Ундине.
Не удалось Ундине утихомирить Кюлеборна, и она повелела замуровать колодец, чтобы избегнуть беды. Ведь если муж обидит ее возле воды, духи водной стихии вернут ей бессмертие и заберут на дно в хрустальные дворцы. Бертальда со слезами пожаловалась рыцарю, что его жена приказала закрыть удобный колодец, но тот, вняв доводам супруги, оставил камень на месте. Обиженная Бертальда бросилась прочь из замка,
Ундина упросила мужа поспешить за нею. Услышав, что путь их лежит в Шварцталь - Черную долину, подвластную дядюшке, - она оседлала коня и помчалась вслед. Долго издевался над обидчиками племянницы Кюлеборн (пугал, обливал водой, приводил в бешенство коня, разливал реку, чуть было не утопив их), но Ундина, белой горлицей слетев с вершины горы, подхватила рыцаря и Бертальду и вынесла на лужайку. Затем все трое вернулись в замок. Рыцарь все более убеждался в ангельской доброте Ундины. Казалось, мир и радость воцарились в Рингштеттене, но, увы, ненадолго.
Решили они проехать по Дунаю до самой Вены. Поначалу все шло прекрасно, однако вскоре неугомонный Кюлеборн стал показывать силу. Ундине укорами удавалось сдерживать ветер и вздымавшиеся волны, но все большее раздражение испытывал к ней супруг, смотрел холодно и враждебно. Уснула днем утомленная Ундина, и тут же всем начали мерещиться за бортами страшные хари и рожи. Поднявшийся крик разбудил ее; едва она открыла глаза, скопище уродцев сгинуло. Хульдбранд был вне себя от мерзких фокусов родни Ундины. Он готов был разразиться проклятиями, но, встретив умоляющий взгляд супруги и вспомнив ее предостережения о ссорах на воде, промолчал.
На этот раз устоял, но не на другой. Опершись о борт, Бертальда поигрывала золотым ожерельем, как вдруг из воды высунулась рука, схватила украшение и погрузилась с ним в воду. Вскочив с места, рыцарь разразился яростной бранью, проклинал всех родичей жены, кто вмешивается в его жизнь, и вызывал их на поединок, кем бы они ни были, водяными или сиренами. Чтобы уладить все полюбовно, Ундина принесла Бертальде другое ожерелье, но муж вырвал его из рук супруги и швырнул в реку: «Значит, ты все еще водишься с ними? Отправляйся же к ним со всеми своими подарками, а нас, людей, оставь в покое, колдунья!» Из глаз бедняжки заструились слезы: «Ах, милый друг, прощай! Только храни мне верность, чтобы я могла защитить тебя от них. Но я должна уйти! Что ты наделал! О горе, горе!» И бросилась за борт. Хульдбранд, обливаясь слезами, упал на палубу, и вскоре глубокий обморок окутал несчастного спасительной тенью.
Первое время он только и делал, что горько плакал. Бертальда плакала вместе с ним, и так они долгое время жили вдвоем в замке, чтя память Ундины и почти забыв о взаимной симпатии. Шло время, скорбь рыцаря утихала. И когда в замок пришел старый рыбак, вознамерившийся забрать Бертальду из дома неженатого мужчины, влечение Хульдбранда к девушке вновь пробудилось. Старик нашел немало возражений против свадьбы: не знал он точно, погибла ли Ундина, а коли Бертальда повинна в ее смерти, ей не занять места изгнанницы. Однако просьбы рыцаря и слезы смягчившейся дочери разжалобили старика. Приглашенный по такому случаю патер Хайльман не спешил их обвенчать. Он поведал рыцарю, что последние четырнадцать ночей Ундина являлась к его изголовью, умоляя остановить Хульдбранда, спасти его тело и душу. «Оставь ее, Хульдбранд! Оставь его, Бертальда! Он еще принадлежит другой». Рассказу патера они поверили, но не захотели последовать совету и позвали другого священника.
Желая спасти любимого, Ундина на исходе ночи наслала на него сон. Почудилось ему, будто лебеди под звуки нежной песни понесли его далеко над морем и сушей. «Лебединая песнь - это же значит смерть», - повторял он. Ундина под светлыми хрустальными сводами горько плакала и показалась ему очень грустной. Дядюшка корил ее за слезы и приговаривал: «Все же ты подвластна нашим духам стихии и должна лишить его жизни, если он вступит в новый брак и нарушит обет верности, данный тебе».
Замок надежно защищен от ваших колдовских проделок.
Но если он выйдет из замка или велит вскрыть колодец! Он ничуть не озабочен всем этим! - возразил Кюлеборн.
Именно поэтому, именно поэтому он витает сейчас над Средиземным морем и слышит и видит во сне наш разговор. Я все предусмотрела и устроила. Кюлеборн пронзил рыцаря яростным взором и погрозил ему. В ту же минуту Хульдбранд проснулся в своей постели. Странные мысли одолевали его, но от задуманного он не отступился.
Унылой и сумрачной была эта свадьба, а гости расходились с тоскливым предчувствием надвигающейся беды. Служанки, переодевая молодую жену, увидели веснушки на ее теле, и Бертальда, решив, что они ее портят, повелела открыть замковый колодец с чудесной очищающей водой. Камень с глухим грохотом покатился по мощеному двору, а из колодца поднялся белый водяной столб. То была бледная, закутанная в белое покрывало женщина. Горько плача и заломив руки в отчаянии, она направилась к дому. Челядь в страхе бросилась прочь, мертвеннобледная новобрачная в ужасе застыла у окна.
Рыцарь уже собирался отправиться к жене, как в его спальню постучали так, как это прежде делала Ундина: «Колодец открыли, и вот я здесь, а ты должен умереть». - «Не дай мне обезуметь от ужаса. Если твое покрывало таит ужасный лик, не откидывай его и исполни приговор так, чтобы я тебя не видел». - «Я так же хороша, как тогда на косе, когда ты посватался ко мне!» - «О, если бы это было так, - простонал он, - и я бы мог умереть от твоего поцелуя!»
Из-под покрывала показалось прекрасное лицо Ундины, озаренное волшебной улыбкой. Охваченный трепетом любви и близкой смерти, рыцарь наклонился, она поцеловала его и уже не размыкала объятий. Слезы ее струились прямо в глаза рыцаря и сладостной болью разливались в груди, пока наконец дыханье его не прервалось. Ундина медленно прошла к колодцу мимо перепуганной насмерть челяди.
На похоронах среди плакальщиц, окружавших вдову, появилась белая фигура, закутанная в покрывало, воздевавшая руки в безысходном отчаянии. До самого кладбища шла она за спиной Бертальды. Та велела ей покинуть место упокоения рыцаря, но Ундина лишь тихо покачала головой. Бертальда молча преклонила колени, и все последовали ее примеру. А поднявшись, увидели, что белой незнакомки нет. Там, где она преклонила колени, зажурчал серебристый ручеек. Он все струился, извиваясь, пока не опоясал могильный холмик рыцаря, потом потянулся дальше и влился в пруд.
И много лет спустя окрестные жители показывали этот ручеек и уверяли, что это бедная отвергнутая Ундина продолжает нежить любимого в объятиях.
"Статьи по теме"
 
Главная > Человек и животные > Ундина > История - Ундина

Реклама